+7 (499) 672-03-62 / info@galeria.ru

ЭРЬЗЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ КИНОПОЭМЫ

ЭРЬЗЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ КИНОПОЭМЫ 15.01.2020

ЭРЬЗЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ КИНОПОЭМЫ

Продюсер ВЛАДИМИР ПИРОЖОК вспоминает о создании картины, размышляет о судьбе скульптора.

В Московском Доме художников в программе выставки СТЕПАН ЭРЬЗЯ И МЫ идут показы кинопоэмы ВОЗВРАЩЕНИЕ ГЕНИЯ 

– Мы два съемочных года жили – были вместе, рядом, пытаясь проникнуть вглубь, прикоснуться к истокам гения, – вспоминает Владимир Пирожок. – Взглядом великого самородка, юноши-мордвина, снимали плавное течение Суры, золотистые поля, уходящие за горизонт. На нас из прошлого смотрели храмы, избы, просёлочные дороги в Баево и Алатыре, помнящие его шаг. Он всегда был рядом, казалось, его душа не улетала отсюда и подсказывала нам, направляла. 

Вслед за Эрьзей мы бродили по московским улицам, снимали в стенах училища, давшего ему профессию, спустя столетие возвращались к развороченным братоубийственной революцией окровавленным площадям. 

Мы пересекли океан и ступили на землю Аргентины, чтобы открыть тайну Кебрачо и Альгарробо, тех дерев, которых он облагородил своим гением и ввёл в мир высокого искусства. 

Как и он, мы сплавлялись по сельве вглубь латиноамериканских джунглей, где Мастер нашёл природный материал, отразивший его мир. Мы месяцами рылись в архивах, открывая неизведанное: кадры хроники, документы. Мы на одном языке и об одном говорили с его исследователями, продолжателями, соратниками по искусству. 

Мы шли по следу гения, завороженные его судьбой, прекрасной и совершенной, как рассвет над Масторавой.                                                         

И этот путь к гению испытывал нас на прочность. Фильм о нашем фильме также, поверьте, жесток, испытателен, как и история нашего героя. Но и но! Когда затухала надежда, заканчивалось терпение и подступало отчаяние, мы говорили себе: с нами Эрьзя. 

Мы твердили себе: я – ЭРЬЗЯ. И пример Мастера возвращал к работе, вдохновлял.

Я – ЭРЬЗЯ 

Каждый из нас может и должен растить в себе родственность, близость к личностям такого масштаба. Главное в нашей работе и главное, что мы желали сказать нашим фильмом, – донести до каждого уроки, нравственные, житейские жизненные, которые высекал из своих лет гений. Ведь самое совершенное его творение: его судьба, судьба СВОБОДНОГО, ПОГРУЖЕННОГО В СВОЙ ТРУД, ОТВЕТСТВЕННОГО ЗА СВОЙ ТАЛАНТ ХУДОЖНИКА.

Разнеслось множество версий о жизни изгоя, несчастного, непризнанного, отвергнутого. Всё не так. Уже в 24 года Степан взлетел на Олимп славы, его имя повторяли в европейских салонах. Каждая его выставка собирала восхищенных поклонников. Он был победителем по жизни, а победителей… да, не любят, да, под их пронзительным светом очевиднее видна дешевизна, подделки, эрзац. 

К гению льнут, но и опасаются гения корыстные проходимцы, живущие ради карьеры, ради богемного преходящего успеха. ЭРЬЗЯ не нуждался ни в похвалах, сторонился погони за суетными благами, его домом была мастерская, где бы он ни странствовал. Его смыслом и целью был труд. Эрьзя впитал всё самое лучшее, накопленное тысячелетиями на мордовской земле.

УПОРСТВО. ЦЕЛЬНОСТЬ. БЛАГОРОДСТВО. ВЕРНОСТЬ СВОЕМУ ПРЕДНАЗНАЧЕНЬЮ 

ЭРЬЗЯ – не псевдоним или не столько псевдоним. Назвав корабль своей судьбы именем своего народа, двадцатидвухлетний юноша бросил вызов всем, кто считал его народ забитым, провинциальным, неграмотным. Я всем докажу, кто есть мы, всем, всему миру прокричу: мы неслучайны под этим небом. ЭРЬЗЯ – это вызов, возглас, крик: Я – ЭРЬЗЯ! 

Я родом из народа, который вы считаете отсталым. Я докажу нашу единственность, независимость, духовность, настойчивость. Я вырву из небытия дух моей земли. 

Точен памятник в Алатыре: юноша, опирающийся на древо родины, слившийся с ним, от него произошедший.

ИСКУССТВО ДЛЯ ИСКУССТВА

Как же политизированные критики измывались над творцами, время жизни, творчества отдающие не заседаниям и борьбе за звёздочки и блага.

ЭРЬЗЯ не предал себя, сохранил для искусства и счастливо переместился в век 21-й.

Он прежде гений нравственности, верно и правильно выдавивший из себя раба.

Италия, 1907 год. Обманутый художник без гроша устраивается рабочим. А недавно он блистал на выставках в Ницце и Венеции, его принимали богатеи в своих вилах, толстосумы обещали...

Обманули доверчивого самородка, и он начинает с нуля и нисколько не стонет, пашет, желая заработать на свое орудие труда, на глину. И когда получает первый заработок, тут же, на обеденном столе, забыв об окружающих, лепит стремительно фигурку, удостоверяясь – помнят ли руки? Вокруг него собираются мастеровые, немо смотрящие на чудо.

Руки помнят! 

Талант его вёл, спасал, в самые тяжелые минуты поддерживал, убеждал – выживу, сотворю, прославлю родину.

1914-1920 годы. Беда, разруха, крушение страны, мир обезумел в кровавом угаре. Но Художник живёт по своим законам – он работает.

ВЫЖИЛ. СОТВОРИЛ. ПОБЕДИЛ

Да, победителей не любят, не боготворят или... просто забывают. Удивительно, но факт. Открыл для себя странную вещь. Коллеги, ну, считающие себя людьми образованными, начитанными, и не слышали...

Эрьзя? – Не припомню... Эрьзя? А, да-да, припоминаю... Мордовский Роден кажется... 

Как же пристало к нам вот это: себя подставлять под заграничные имена. При всём величии Микеланджело, гениальности Родена нельзя ни сравнивать, ни сопоставлять, ни каким-то образом причислять Эрьзю к сонму великих.

ЭРЬЗЯ – абсолютно самодостаточное, автономное, своеобразное, ЕДИНСТВЕННОЕ явление мировой цивилизации. 

Я ПРИНАДЛЕЖУ К ШКОЛЕ, КОТОРАЯ НЕ ПРИЗНАЁТ НИКАКИХ ШКОЛ – это его девиз, так подходящий природе великого самородка. 

Один раз видели слёзы на глазах семидесятилетнего Эрьзи – в аргентинском порту, когда обещанный корабль не принял художника, которому снился мордовский снег.